Подпишись на наш канал в Телеграм!

Перейти

Честный сбор на развитие сайта. Простой перевод на карту Tinkoff

Пьерино Прати

Пьерино Прати — футболист

Досье:

Пьерино Прати
Нападающий, тренер.
Прозвище: Pierino la peste (Пьерино–Чума)
Родился: 13 декабря 1946 года в Чинизелло-Бальзамо (рядом с Миланом). Умер 23 июня 2020 года в Катанье. Рост 181 см, вес 78 кг

Клубная карьера

СезонКлубЧемпионатКубокМеждународные
1965/66Салернитана
19/10
Милан2/0
1966/67Савона29/15
1967/68Милан23/157/38/4
1968/69Милан30/143/17/6
1969/70Милан21/123/34/2
1970/71Милан29/1910/3
1971/72Милан21/611/47/2
1972/73Милан17/64/2
1973/74Рома23/83/0
1974/75Рома29/1410/8
1975/76Рома10/23/36/0
1976/77Рома20/42/1
1977/78Рома4/1
Фиорентина8/0
1978/79Савона25/10
1979Рочестер6/3
1979/80Савона27/12
1980/81Савона27/12
Итого458/205366/16256/2736/16

Трофеи и достижения

  • Обладатель Кубка чемпионов — 1969
  • Кубка кубков — 1968, 1973
  • Межконтинентального кубка — 1969
  • Чемпион Италии — 1968
  • Обладатель Кубка Италии — 1972, 1973
  • Лучший бомбардир серии «А» — 1968 (15)
  • За сборную Италии — 14/7 (1968- 74),
  • Чемпион Европы — 1968 (играл в первом финальном матче с югами, на переигровку его заменил Рива),
  • Финалист ЧМ — 1970 (на поле не выходил)
Пьерино Прати с кубком
Прати с самым престижным кубком клубного футбола

Тренировал

  • «Лекко» (1984),
  • «Солбьятезе» (1988-89)
  • «Спортинг Беллиндзаго» (1989-90)
  • «Про Патриа» (1990-91)

«Он не знал, как играть в футбол, но знал, как забивать, а это в Игре самое главное». — Нерео Рокко

С Нерео Рокко
С Нерео Рокко

Удивительное совпаде­ние или всё же злая ирония судьбы? С интервалом в три дня этот мир покинули две легенды «Интера» и «Мила­на», два 11-х номера, два «аласинистра» — левых форварда. Речь, конечно же, о Марио Корсо и Пьерино Прати.

Главное забивать

Трудно представить двух разных игроков, которые на определенном этапе словно воплотили в себе всю глуби­ну антагонизма между ми­ланскими грандами: гениаль­ный лентяй Корсо, про которого говорили, что он играет слева, потому что любит тень — а она там на «Сан-Сиро» го­стит чаще, и трудяга Пьерино Прати, которого в его чинизелло-бальзамском детстве ставили в ворота по причине бездарности и только из-за огромного желания походить на Жозе Альтафини пускали поиграть в атаке.

Корсо и Прати и в клубы своей жизни попали соответствующим образом: первого приметили селекционеры и забрали в «Интер» как очень перспек­тивного, второго привез в «Милан» любящий дядя, ко­торый упросил великого Нильса Лидхольма, отвечав­шего тогда у «россо-нери» за детишек, посмотреть парня. Справедливости ради заме­тим, что «Иль Бароне» Лидхольм довольно быстро оце­нил ту самую черту Прати, о которой так любовно и метко впоследствии высказался «Иль Падроне» (Эль Парон — так по-триестински, то есть правильно!) Рокко — он забивал везде и всюду, забивал много и делал это потрясающе просто и эф­фективно:

«Лидхольм застав­лял нас тренироваться с мя­чом, и это было замечательно — потому что только так мож­но выявить скрытые сильные черты, то есть убедиться, что я МОГУ».

Прати забивал в «Салернитане» и «Савоне», куда «Милан» отправлял Пьерино набраться опыта, а по­том и в первой команде, де­бют за которую не замедлил последовать по второму при­шествии Рокко в команду. Пьерино Прати было всего-навсего 20 лет.

Джанни Ривера и Пьерино Прати в составе «Милана» в сезоне 1968–69
Джанни Ривера и Пьерино Прати в составе «Милана» в сезоне 1968–69

Справедливости ради за­метим, что есть и более ло­яльная по отношению к та­лантам Прати версия: мол, и его скауты прилично пасли, и Луиджи Мальдера лично рекомендовал парня Лидхольму… Спорить не будем, лишь заметим, что это не так красиво)))

Для певца он был слишком результативным

Рокко и тут успел пошутить.

«У меня были длинные во­лосы и широкие, как море, брюки, цветастая рубаха. «Мистер» принял меня за певца: «Заберите это куда- нибудь!» Ну а потом я стал забивать — вот как положил двушку «Виченце», так и продолжил».

Конечно же, я посмотрел подборки голов Прати, в том числе его пятнашку, с кото­рой он первенствовал в бом­бардирской гонке серии «А». Типичный форвард одного касания — добивания, замы­кание прострелов и подач, выходы один на один нако­ротке. Собственно, за это, а главным образом за редкост­ное умение забивать в кон­цовках матчей он и получил от языкатого Джанни Бреры столь болезненное, но уважи­тельное прозвище — «Чума».

«Мне всё время приходи­лось выставляться ребя­там, но я о том ничуть не жалел — не обеднею же я от пары-тройки бутылок шам­панского?! Тем более, на при­зовые за победу в финале про­тив «Аякса» я купил себе «Порше»…»

В одном из трогательных некрологов о Прати довелось прочитать, что он был рокн-рольной душой команды, в то время как его постоянный партнер по атаке «Золотой мальчик» Джанни Ривера — являл себой классическую сторону этой же души. Леген­дарный хет-трик Пьерино в финале Кубка чемпионов против «Аякса» — непростого «Аякса», уже с Михелсом и Круиффом; перед тем прош­ли «Селтик» и «МЮ», двух предыдущих обладателей трофея! — как нельзя лучше продемонстрировал его силь­ные стороны. Уже на первой минуте Прати пробил в стой­ку, а на 8-й после прохода Сормани слева и подачи го­ловой положил мяч в сетку метров с 14-ти.

Прати в игре за «Милан» против «Гамбурга» во время финала Кубка обладателей кубков 1967–1968 годов в Роттердаме
Прати в игре за «Милан» против «Гамбурга» во время финала Кубка обладателей кубков 1967–1968 в Роттердаме

Второй мяч пришел под занавес первого тайма: Ривера вроде бы убил контратаку, загуляв с мячом, но увидел рывок Прати на свободное место и пяткой от­кинул ему мяч, а Пьерино с правой пальнул метров с 22-х в верхний угол. Васович с пе­нальти один мяч отыграл, и болельщики «Аякса» на ма­дридском «Чамартине» ожи­вились, но последовал беспо­щадный третий гол — плод индивидуальных усилий так­же проведшего великолеп­ный матч Сормани (впереди у «Милана» играло трио Хамрин — Сормани — Прати с Риверой «под», опорную зо­ну закрывали Трапаттони и Лодетти).

Наконец, еще одна контра увенчалась выходом Риверы один на один. Он убрал вратаря Балса, едва устояв на ногах, забежал к ли­цевой и ювелирно набросил мяч во вратарскую — прибе­жавший Прати замкнул с трех метров головой… Риве­ра, конечно, гений. Но не по­лучил бы Джанни в том году «Золотой мяч» без такого партнера! И таких партнеров.

Маленькое замечание в плане сходства с Корсо. Обратите внимание, что Прати тоже играл со спущен­ными гетрами!

Прати в «Роме»

В 22 года у ног Прати уже ле­жал весь мир — он был чемпи­оном Европы и Италии, обладателем Кубка кубков и Кубка чемпионов! Если б еще на ЧМ-70… Но это отдельная глава нашего повествования.

Увы и ах, у нашего героя был один очень серьезный для профессионального спор­тсмена недостаток: непра­вильное телосложение, из-за которого, собственно, Прати и почитали неуклюжим парт­неры по детским игрищам. И ничего не получалось с этим поделать, как следствие — для «Чумы» истинной проказой стали травмы. Сначала мел­кие, а с годами — всё сложнее и сложнее. Эти неприятности вкупе с приходом из «Фио­рентины» забивного Лучано Кьяруджи быстро прикончи­ли карьеру Пьерино в «Мила­не». В победном Коппа Италия-1972/73 он не принимал никакого участия, не играл и в финале КОК-1973 против «Лидса». Так что когда Пьерино рассказывает о своих бесчисленных финалах, де­лайте поправку.

Пьерино Пратти в составе римского клуба
Пьерино Прати в составе римского клуба

К счастью, подоспело хо­рошее приглашение из Рима от любимого тренера детства — Нильса Лидхольма. Трав­мы отступили на время, и Прати во главе никакущей тогда «Ромы» выдал супер- сезон-1974/75, увенчанный третьим местом. Увы, вскоре они, проклятущие, отвратно сказываясь на форме, заста­вили покинуть и Вечный го­род… В «Фиорентину» его настоятельно приглашал Карло Маццоне, и при нем Прати провел 8 матчей без голов, а потом тренера сме­нили — Беппе Кьяппелле никакой Пьерино уже не был нужен. Еще три года Прати в охотку побегал в США и ставшей почти родной «Са­воне», а потом повесил бут­сы на гвоздь. Всего лишь в 35 лет. Тренера взрослых из не­го, по большому счету, не получилось, и он нашел свое призвание в родном клубе.

«Я учу футболу детей, в том числе и за рубежом. В клубе «Милан» работает основательная программа для футбольных школ, и мы несем большую ответст­венность, обучая детей в возрасте от 6 до 13 лет. В ключевом возрасте нужны знания, и я очень комфортно чувствую себя в роли учите­ля. Короче, для меня поле всё еще зеленое! Это так заме­чательно: дети ужасно не­посредственны в своих ин­тересах, и, конечно же, они не отстают от меня, пока не выведают мельчайшие подробности о том, кто я и как сюда попал».

Прати рассказывал об этом, готовясь отпраздно­вать в кругу членов своего фан-клуба 70-летний юби­лей.

В том лучшем мире, где привечают гениальных фут­болистов, под каким бы но­мером они не играли, Пьерино Прати наверняка встретил Марио Корсо и сказал ему:

«Мариолино, это был един­ственный случай, когда ты меня опередил!»

Пьерино и Пьетро

Есть у Корсо и Прати еще одно характерное сходство, которое одновременно под­черкивает и разницу между игроками: они оба сыграли в сборной Италии гораздо меньше, чем могли бы. Но если первый сделал это, в первую очередь, из-за своего характера и легкомысленно­го отношения ко всему на свете, то второму откровен­но не повезло. Лучше самого Прати, пожалуй, не ска­жешь…

«Если бы я родился в Швейцарии, а не в тридцати километрах от Милана, или если бы я стал правым напа­дающим, а не левым, я бы сыграл на двух чемпионатах мира и как минимум сорок пять матчей в сборной (столько раз меня на самом деле вызывали в «Скуадру»). Вместо этого я сыграл в си­ней футболке только 14 раз за восемь лет. Ия побывал на мундиале лишь однажды, но наблюдал за происходящим либо со скамейки, либо с три­буны. Мое проклятие звали Джиджи Рива, который то­же играл 11-го номера. Но у меня нет к нему ревности, зависти, обиды: он был и на­всегда останется величай­шим итальянским нападаю­щим всех времен. Единст­венной моей ошибкой было то, что я состоялся как футболист в неподходящее время. ЕГО ВРЕМЯ».

Пьерино Прати в образе главного тренера
Пьерино Прати в образе главного тренера

«Нет, нет, у меня не было шансов. Разве что серьезная травма Джиджи, но же­лать ему такого… К нему тогда относились как к «Бе­лому Пеле», этакому ита­льянскому аналогу «настоя­щего» Пеле: он знал, что на него устремлены всеобщие взоры, но это ему ничуть не мешало — напротив! Давле­ние было огромным, но он гордо преодолевал его и являл потрясающие примеры силы и класса, которые помнят все. Он был очень сконцент­рирован и потому постоян­но молчал. Никакие интриги, группировки и группки его не трогали — ему было напле­вать, он был выше этого».

Прати и сборная Италии

Однако же Прати есть что рассказать о его «адзурристых» временах. Во-первых, когда Рива был травмирован, Пьерино блестяще проявил себя в четвертьфинале Ев­ро-68 против болгар, забив и в первом матче (2:3), и во вто­ром (2:0 — этот мяч, забитый головой в падении, Пьерино считает лучшим в своей ка­рьере), не блеснул в полуфи­нале против СССР (в конце игры упустил неплохой мо­мент, но итальянцам в итоге помог жребий — Факкетти угадал, а Шестернев протор­мозил), а потому вышел в финале против югославов. Увы, там игра не сложилась, итальянцы чудом отскочили на 1:1, и в переигровке задей­ствовали уже. Риву, кого ж еще! Луиджи с Анастази и прибили славян, благо Бург- нич намертво прикрыл лиде­ра югов Джаича — 2:0. Даль­нейшие предпочтения алленаторе читались.

Луиджи из «Кальяри» (да-да, такое было времени — островитяне зажигали и стали чемпионами Италии в 70-м) настолько усадил Прати на скамейку, что главный тренер «Скуадры» Ферручо Валькареджи совсем забыл о «миланце». Дошло до того, что Пьерино не оказалось в списке 22-х на ЧМ-70, ко­манда улетела без него, а Прати принялся планиро­вать отпуск, слегка утеша­ясь тем, что «интериста» Роберто Бонинсенью тоже не взяли. Как вдруг срочный вызов сорвал его с места — немедленно проставить ви­зу в мексиканском консуль­стве и прибыть в расположе­ние сборной в Читта-дель-Мехико!

Прати пожимает руку Джузеппе Сарагату под пристальным взглядом Риверы, Ривы и Анастази после
победы Италии на чемпионате Европы 1968 года.
Прати пожимает руку Джузеппе Сарагату под пристальным взглядом Риверы, Ривы и Анастази после
победы Италии на чемпионате Европы 1968 года.

Оказалось, что планиро­вавшийся под основу Пьетро Анастази получилтравму… хм, того самого. Тог­дашние газеты в Италии с ума сходили от ерничанья пополам с сочувствием! Чу­довищная в своей нелепости история: в раздевалке масса­жист Трезольди, разъярен­ный подколками Анастази, врезал форварду «Юве» ни­же живота и попал на ред­кость «удачно»: Пьетро в прямом смысле вынужден был спасать свои яйца, ну­ждаясь в срочной операции по ликвидации «скручива­ния семенного канатика». Понятно, его самого требова­лось не раскрутить, а заме­нить. Но не всё так просто и очевидно — тактические соо­бражения побудили Валькареджи избавиться не только от Анастази, но и от скромно­го трудяги середины поля Джованни Лодетти, выз­вав заодно и Бонинсенью! Несчастный Лодетти так и не простил случившегося ни тренеру, ни капитану Ривере, ни остальному человечеству.

По общему признанию, это была классическая траге­дия на тему «не было бы сча­стья.», потому что изна­чальный выбор Валькареджи критиковался многими — Анастази был весьма специ­фическим игроком, Серджо Гори из «Кальяри» вообще, по большому счету, не играл форварда, Анджело Домен- гини из того же «Кальяри» свои лучшие времена оста­вил в «Интере», и случись что с Ривой, на которого мо­лились, его некому было бы заменить. А теперь у всех, в том числе у игроков, появи­лась дополнительная уверен­ность.

Непокорный трофей ЧМ

«Вы можете представить, с какими чувствами я отпра­вился в Мексику. Бонинсенья и я жили в одной комнате весь чемпионат мира и сиде­ли рядом во всех разъездах, но по общему молчаливому согласию избегали одной те­мы: кого из нас выберут в пару к Риве. Однако уверен, что его преследовала ровно та же мысль и цель: опере­дить своего конкурента.»

«Я казался фаворитом по двум причинам. Во-первых, всего лишь годом ранее Бонинсенья вынужден был по­кинуть «Кальяри» из-за не­достатка взаимопонимания с Ривой — не зря ведь сразу по­сле его отъезда «Кальяри» выиграл скудетто! Во-вто­рых, как ни странно, в самом последнем товарищеском матче я был включен в состав на первый тайм. Увы и ах, возможно, именно там, из-за желания сыграть на чемпио­нате мира я переусердство­вал: носился как сумасшед­ший и всячески тянул на себя одеяло. В итоге в стартовом поединке со шведами на поле вышел Бобо. Он остался там до финала.»

«Мне же оставалось только тренироваться яростно и от­чаянно, ожидая своей очере­ди, которая, к сожалению, так и не наступила. После каждого гола, после отдель­ных успешных действий на­ших я подзуживал Валькареджи: «Вы видели, «Ми­стер», какая штука? Теперь-то вы точно выпустите меня на поле?»

«Но я не сыграл ни мину­ты, хотя в последних матчах меня хотя бы «продвинули» с трибуны на скамейку за­пасных (и именно оттуда я увидел финал с Бразилией): очевидно, Валькареджи ду­мал, что кто-то сломается. И на самом деле, скажу спу­стя много-много времени, со всей безмятежностью и объективностью, приходя­щими по прошествии лет, если на этом чемпионате мира и была допущена ошибка, то это было именно неудачное распределение сил. Давайте не будем забы­вать, что играть приходи­лось на высоте более 2000 метров. Однако в шести матчах (плюс дополнитель­ное время с немцами) толь­ко 12 игроков из 22-х были заняты на постоянной осно­ве. Пятеро (Фурино, Гори, Никколай, Полетти и Юлиано) сыграли по чуть-чуть, в некоторых случаях речь шла о нескольких минутах. Еще пятеро, включая меня, вообще не выходили на по­ле.»

Тут с Прати сложно по­спорить: во втором тайме Бразилия просто разорвала Италию, не успевшую отой­ти от исторического полуфи­нала с западными немцами. Решись Валькареджи на пе­ремены, и как знать, как знать. Хотя ту «селесао» почитают непобедимой — а об итальянцах предпочита­ют не вспоминать. 4:1 всё-та­ки.

«Я еще сыграл в отборе следующего чемпионата Ев­ропы 1972 года, куда мы, к сожалению, не пробились. Я перебрался из «Милана» в «Рому»… Но угадайте, кто отправился на чемпионат мира в 74-м?Джиджи Рива, конечно!»

«Повторюсь: я не затаил никакого зла. Но если уж го­ворить предельно откровен­но, то я не могу не задать почтириторический вопрос: разве в финале с бразильцами мог помешать нападающий, который никогда не проиг­рывал решающие поединки?! К тому моменту у меня было четыре из четырех, а в ито­ге — семь из семи. Только чемпионат мира я и не выиг­рал. Вот незадача, право!»

Оставьте ваш комментарий

Поддержи наш проект!

Подпишись на наш канал в Телеграм!

Перейти

Честный сбор на развитие сайта. Простой перевод на карту Tinkoff